Житель села Анненково-Лесное отбил телеграмму Ленину

(“Я счастлив, что эта … телеграмма на имя … Ленина передана по телеграфу лично мною” — житель с. Анненково-Лесное)

(Ленина известил житель с. Анненково-Лесное)

На просторах интернета я наткнулся на статью о жителе села Анненково-Лесное и ощутил настоящее чувство гордости. Им оказался Александр Алексеевич Кузнецов, телеграфист Железной дивизии. Решил с вами, дорогие читатели моего сайта, поделиться этой радостью. Размещаю фрагмент статьи о нашем земляке:

Еженедельник «Аргументы и Факты» № 48 29/11/2017

автор Татьяна ЗАХАРЫЧЕВА

Кто отбил Ленину телеграмму из Симбирска о взятии его родного города?

На территории Воскресенского некрополя нашли могилу телеграфиста Железной дивизии, который передал для Ленина знаменитую телеграмму комдива Гая: «Взятие Вашего родного города Симбирска – это ответ за первую вашу рану…»

Фото: АиФ/ Татьяна Захарычева

По-соседски…
К могиле Александра Алексеевича Кузнецова мы пробираемся мимо древних склепов и покорёженных оград. Справа показался небольшой и ветхий крест с проржавевшей табличкой: «Учёный лесовод Карл Карлович Смелый. 1874-1948». Если завтра на него рухнет одно из старых кладбищенских деревьев, то, вероятно, не останется уже никакой «зарубочки» на память, что жил у нас такой человек — Карл Смелый, сын Смелого Карла… По всему видно, что давным-давно никто не приходил к его могиле, на которой и холмика не осталось – один только крест. Может быть, так же постепенно стиралась бы с лица земли и память о красноармейце-телеграфисте, ведь похоронен он 56 лет назад, а родных в городе нет. Но на могиле Кузнецова – новый памятник с фотографией. Это почти чудо, обыкновенное чудо, которое в силах совершить человек.

— За этой могилой ухаживает сын соседей Кузнецовых, сейчас он живет в Самаре, — рассказывает председатель Общества возрождения Воскресенского некрополя Софья Федотова. – В Ульяновск приезжает к матери и обязательно навещает кладбище. Здесь мы с ним и познакомились, он рассказал, что у его мамы остались воспоминания и кое-какие документы Александра Алексеевича. А когда узнал, чем занимается наше общество, решил, что лучше пусть они будут у нас.

Среди документов, которые теперь хранятся у Софьи Дмитриевны,  – воспоминания Кузнецова о первой встрече с Гаем, о службе в Железной дивизии.   Под текстом «воспоминаний», отпечатанных на машинке, написано неровным почерком, но все-таки очень аккуратно: «Это воспоминание о Гае писал мой муж…» и подпись: Е.К. Кузнецова.

Телеграфист и Гай

За могилой телеграфиста Кузнецова ухаживает по сути чужой ему человек из другого города.Фото: АиФ/ Татьяна Захарычева

Александр Кузнецов родился в 1893 году в Карсуне. Семья жила очень бедно, но мальчик окончил, кроме сельской трёхлетней школы, ещё и городское четырёхклассное училище. Знание «грамоты» потом кормило не только его, но и его пожилых родителей. С 16 лет парень работал писцом, а потом устроился «надсмотрщиком при отделении связи» в селе Анненково-Лесное. Там и произошла его встреча с Гаем Дмитриевичем Гаем, тогда ещё командиром Сенгилеевского объединённого отряда. Вот как он об этом писал:

«…Из машины вышел товарищ с военной выправкой кадрового офицера… и вошёл в здание отделения связи. Вскоре прибыло ещё несколько автомашин, как оказалось – штаб объединённого Ставропольского и Сенгилеевского отрядов… Первый вошедший товарищ спросил, с кем мы имеем телеграфную связь. Отвечаю: «С Карсуном и Инзой». Он приказал немедленно вызвать Инзу и попросить к телеграфу командира I Восточной армии товарища Тухачевского. Вызываю Карсун, прошу немедленно Инзу. Карсун отвечает, что Инза занята, и так в течение трёх-пяти минут. Вновь получаю требование вызвать Инзу, но Карсун провод не предоставляет… После чего товарищ даёт приказ выслать в Карсун автомашину с вооружёнными товарищами на предмет захвата телеграфа и предоставления провода для переговоров. Наконец я вызвал Карсун и потребовал разъединить все переговоры и вызвать Инзу, предупредив, что дано распоряжение о высылке военной силы на телеграф в Карсун. После чего провод предоставлен. Инза отвечает. Прошу к аппарату командира товарища Тухачевского. Инза: «Я Тухачевский. Кто говорит?»… Передаю: «Здравствуйте, товарищ Тухачевский. Говорит командир Сенгилеевского объединённого отряда товарищ Гай». Инза по-видимому не доверяет, требует пароль. Передаю слова Гая: «Товарищ Тухачевский, все дела и штабные документы следуют на машинах». Инза: «Скажите, кто до вас командовал Ставропольским и Сенгилеевским отрядами». Передаю слова Гая, называю фамилии командиров. И только после этого Тухачевский отвечает: «Здравствуйте, товарищ Гай. Расскажите, как вы попали в Анненково-Лесное». Гай: «Упорными боями, пробив железное кольцо противника, вывели отряд к станции Майна». Тухачевский: «Товарищ Гай, скажите ваш план дальнейших действий». Гай: «Я нахожу целесообразным организовать из Сенгилеевской группы дивизию». И попросил распоряжения о пополнении отряда. На этом переговоры были окончены».

Воскресенская церковь на территории некрополя стала памятником федерального значения, а сам некрополь должен стать достойным обрамлением для этой жемчужины архитектуры. Фото: АиФ/ Алексей Юхтанов

За Ленина!

Какое-то время штаб оставался в селе, а потом переехал на станцию Чуфарово, в пристанционном посёлке занял дом кулака Сидорова, вспоминал Александр Кузнецов. Вскоре туда стали прибывать воинские части, а в августе приехали Куйбышев и Тухачевский. Тогда и была организована «Первая сводная симбирская пехотная дивизия, впоследствии именовавшаяся Железная». К командованию дивизии шли работники суконных фабрик, крестьяне, записывались добровольцами.

Александр Кузнецов вступил в ряды добровольцев ещё в мае, а в августе, когда вовсю шла подготовка к наступлению на Симбирск, он совершил подвиг. В справке из Центрального госархива Красной армии СССР, которая хранится среди его документов, говорится, что 25 августа 1918 года ему была «объявлена благодарность за самоотверженную работу под артиллерийским огнём противника с назначением на должность старшего телеграфиста и выдана денежная премия в размере 500 рублей». Возможно, этот факт и сыграл решающую роль в том, что именно ему доверили передать знаменитую телеграмму Гая Ленину.

Фото: АиФ/ Татьяна Захарычева

Вот как он об этом вспоминал: «… После организации дивизии штаб переехал в Майну, где велась упорная, и днём и ночью, подготовка к наступлению на Симбирск. Когда было получено известие о покушении на жизнь любимого вождя Владимира Ильича Ленина… многие плакали. Был организован митинг… Выступал товарищ Гай. Призывая к освобождению Симбирска, говорил: «Товарищи красноармейцы! Освободим родину Владимира Ильича Ленина, ибо нет такой силы у врага, чтобы задержать наше наступление!..» Бойцы поклялись Симбирск освободить. 10 сентября дивизия пошла в наступление и после упорных боёв 12 сентября 1918 года Симбирск освободила.

Командование даёт Ленину телеграмму: «Дорогой Владимир Ильич! Взятие вашего родного города Симбирска – это ответ за первую вашу рану, за вторую будет Самара». Я счастлив, что эта исторического значения телеграмма на имя Владимира Ильича Ленина передана по телеграфу лично мною», — завершает свои воспоминания старший телеграфист Кузнецов.

Уже 1 декабря 1918 года из-за болезни его направляют в распоряжение Симбирского губернского отделения связи, а оттуда по прежнему месту службы – в Анненково-Лесное. Александр Алексеевич прожил 68 лет, 37 из них служил делу связи. Уволился из-за инвалидности.

Вот такие люди жили и работали в нашем селе.  

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

CAPTCHA image
*